Список форумов АВРОРА

АВРОРА

исторический форум
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Библиотека Авроры
Проблемы с диссертационными советами
На страницу Пред.  1, 2, 3
 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов АВРОРА -> Образование и педагогика
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Ута
Маркграфиня Site admin

   

Зарегистрирован: 03.03.2010
Сообщения: 14817

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2014 11:34 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Минобрнауки заморозило работу 602 диссертационных советов


Цитата:
"Одним махом семерых побивахом" - это уже не про нас. На Руси-матушке теперь все круче! Одним приказом, который подписан заместителем министра образования и науки, приостановлена деятельность сразу 602 советов по защите докторских и кандидатских диссертаций.

Это означает, что в их прежней работе, персональном составе, в регламентирующих документах или в чем-то еще строгие проверяющие из Департамента аттестации научных и научно-педагогических кадров Минобрнауки РФ усмотрели какие-то огрехи, упущения, изъяны, нестыковки - одним словом, непорядок. И наложили вето на дальнейшую работу, дав шесть месяцев сроку на исправление и перелицовку.

Если в отведенные полгода челобитная с перечнем всех устраненных замечаний от заявителя не поступит и не будет должным образом сопровождена и аргументирована, никудышный совет законопатят окончательно. То есть закроют. Без права на защиту и апелляции. А всех не успевших остепениться отправят искать счастья на стороне. В смысле - в других советах...

Приложение к приказу с поименным перечнем всех пораженных в правах диссоветов едва поместилось на 36 листах. А в каждом таком совете, прошу заметить, не менее 20 докторов наук. Представьте, какая армада научных и научно-педагогических работников получила разом оплеуху! По моим гражданским представлениям, это целая дивизия, а то и две из одних полковников. Или - докторов наук, что в предлагаемых обстоятельствах по существу одно и то же...

Мои коллеги из "Интерфакса" уже потрудились прошерстить "черный" список в поисках ярких примеров. Чтобы избавить себя от такого мало занимательного чтения и сэкономить время, бегло перечислю только то, что бросилось в глаза.

Начнем с МГУ - тут включили "красный" для диссертационных советов, в которых избыточно дублируются или в чем-то не дотягивают до требуемого уровня специальности: философия, культурология, экономика, юридические, педагогические и геолого-минералогические науки. В МГТУ им. Баумана, в МИФИ, РГГУ и Московском институте стали и сплавов, где еще недавно ректором был министр образования Дмитрий Ливанов, убавили число действующих советов по техническим наукам. В МФТИ - по физико-математическим, в МГИМО - по юридическим, в МГГУ им.Шолохова - по истории и культурологии.

Не обошли исключением и Российский университет дружбы народов, где ректором сейчас работает экс-министр образования и нынешний председатель Высшей аттестационной комиссии Владимир Филиппов: в РУДН приостановлена деятельность диссертационных советов по специальностям история, биология и химия. В Санкт-Петербургском госуниверситете обнаружились изъяны в советах, где принимали к защите диссертации по биологии, физико-математическим, экономическим и юридическим наукам. Приостановлены диссоветы по профильным медицинским наукам в Российском национальном исследовательском университете им. Н.И. Пирогова и в Санкт-Петербургской госакадемии им.И.И.Мечникова.

Но больше всего, конечно, в этом списке диссертационных советов, которые были открыты при не столь известных региональных вузах. Хотя успели попасть сюда и недавно образованные федеральные университеты - Дальневосточный, Южный, а также Сибирский, Алтайский и Амурский госуниверситеты...

Любопытно, что вместе с приказом замминистра, который был подписан в последний день минувшего года, а стал публичным достоянием только сейчас, из Департамента аттестации научных и научно-педагогических кадров Минобрнауки было направлено письмо об организации в период с 16 января по 10 февраля 2014 года "Горячей линии" - по вопросам, связанным с применением вступающего с 1 января 2014 года в силу нового Положения о присуждении ученых степеней.

С этой же даты, напомним, вводится в действие единая для всей России федеральная информационная система государственной научной аттестации, называемая для краткости "Электронный ВАК". Соответствующие "Правила…" ее создания и ведения утверждены постановлением правительства РФ №1035 "О федеральной информационной системе государственной научной аттестации" еще 18 ноября прошлого года.

Функции оператора новой информационной системы возложены на Министерство образования и науки РФ. В этой связи "Российская газета" заблаговременно, в письменной форме обратилась к директору профильного Департамента аттестации научных и научно-педагогических кадров И. А. Шишкановой и главному ученому секретарю ВАК Н.И. Аристеру с просьбой прокомментировать, что изменяется с вводом в действие единой информационной системы аттестации.

Ведь даже у нас, журналистов, не говоря об аспирантах, соискателях ученых степеней и всех, кто вовлечен в систему аттестации кадров, возникло много неясностей и вопросов.

Нас, например, интересовало, как практически будет организована работа "Электронного ВАКа", все ли его ресурсы будут в открытом доступе?

Какие дополнительные рычаги это дает в борьбе с так называемыми "липовыми" диссертациями, плагиатом, фактами кумовства и беспринципности при подготовке и защите диссертаций?

Кем и как будет организован мониторинг полноты и своевременности предоставления вузами, научными организациями и созданными при них диссертационными советами той обязательной информации, что надлежит размещать в системе?

Как предполагается организовать "обратную связь"? В частности, прием возможных сообщений о фактах научной недобросовестности при подготовке и защите диссертаций, способы (формы) их проверки и ответного реагирования?

Будут ли уже на первых порах вводиться в информационную систему сведения персонального характера (в том числе негативные), связанные с репутационной ответственностью ученого - соискателя, научного руководителя (консультанта), оппонента, эксперта и т.п.?

Из каких источников и в каком объеме выделяются средства на запуск и развитие федеральной информационной системы государственной научной аттестации?

Увы!

Ни на один из этих вопросов ответа мы не получили, хотя со дня вступления в силу нормативно-правового акта, за исполнение которого профильный департамент Минобрнауки несет прямую ответственность, прошло уже полмесяца - ровно 15 календарных дней.

Руководитель департамента аттестации научных и научно-педагогических кадров Инесса Шишканова, лишь вчера и только по мобильному телефону отозвавшаяся на письма и звонки из "Российской газеты", известила, что она в отпуске и выйдет на работу только в феврале.

Главный ученый секретарь ВАК Николай Аристер, с которым у отдела науки "Российской газеты" весьма давние отношения, дал понять, что "Электронный ВАК" не его сфера ответственности и переадресовал к заместителю начальника департамента Андрею Олейнику. С Андреем Владимировичем мы созвонились, и он пообещал вчера, что на все обозначенные вопросы ответит "РГ" в первые дни работы "горячей линии".

Ее телефоны, на всякий случай, сообщаем и нашим читателям: 8 (499) 237-91-93 и 8 (499) 237-74-13 - в период с 16 января по 10 февраля ежедневно, кроме выходных, с 9.00 до 14.00 по московскому времени.

А поискать знакомых в перечне диссертационных советов, получивших "черный шар" от Минобрнауки, можно на сайте ВАК.

http://www.rg.ru/2014/01/14/vak-site.html
_________________
Не спорьте с историей - она всегда права (Больница Преображения. С. Лем)
Грубость ставит вас на одну доску с кем угодно; дистанцию создает только учтивость. (Т. Манн)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2014 8:58 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Заглянул в список. Вот тут неувязочка:
Цитата:
В МГТУ им. Баумана, в МИФИ, РГГУ и Московском институте стали и сплавов, где еще недавно ректором был министр образования Дмитрий Ливанов, убавили число действующих советов по техническим наукам.


Цитата:
Отказать в выдаче разрешения на создание на базе негосударственного
аккредитованного частного образовательного учреждения высшего
профессионального образования Современной гуманитарной академии,
негосударственной автономной некоммерческой организации высшего
профессионального образования «Институт мировых цивилизаций», федерального
государственного бюджетного образовательного учреждения высшего
профессионального образования «Московский государственный технический
университет имени Н.Э.Баумана» объединенного совета по защите диссертаций на
соискание ученой степени кандидата наук, на соискание ученой степени доктора
наук, по следующим специальностям научных работников:
19.00.01 - Общая психология, психология личности, история психологии
(психологические науки);
19.00.03 - Психология труда, инженерная психология, эргономика
(психологические науки);
19.00.05 - Социальная психология (психологические науки).

Хотя, может быть, и по техническим наукам есть, просто я не заметил.

А вообще лихо, конечно...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Ср Янв 15, 2014 9:07 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ошибся я - те, что я выше указал, вообще закрыты, а деятельность 602 советов - приостановлена.

Но и там забавные попадаются.
"Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет" (исторические науки, философские науки) - это что за зверь такой?

Нижегородский архитектурно-строительный университет - два совета по историческим наукам.

Еще два - ОАО. Улыбка
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Alexd
Модератор

   

Зарегистрирован: 13.03.2010
Сообщения: 6032
Откуда: Таганрог

СообщениеДобавлено: Вт Янв 28, 2014 12:56 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Цитата:
В Российской государственной библиотеке (РГБ) подтвердили факт некорректных заимствований в докторской диссертации уполномоченного по правам ребенка при президенте РФ Павла Астахова. Заключение экспертов библиотеки, которое было сделано летом 2013 года, опубликовал в своем блоге журналист Сергей Пархоменко.

Специалисты установили, что работа «Юридические конфликты и современные формы их разрешения (теоретико-правовое исследование)», которую Астахов защитил в 2006 году в Московском университете МВД РФ, на 31 процент состоит из некорректных дословных заимствований из сторонних источников. В заключении отмечено, что некоторые из заимствований носят существенный характер, поскольку представлены как результаты авторских исследований.

По результатам проверки эксперты также выяснили, что список используемой литературы в диссертации Астахова «в значительной мере является фиктивным»: в документе упомянуты 395 из 1010 источников из списка, а также есть ссылки на неуказанные в перечне источники.

При этом в заключении приведен пример того, как в работе Астахова использовались источники, которых нет в базе РГБ. Такие включения не обнаруживаются системой «Антиплагиат», а их наличие позволило специалистам сделать вывод, что объем некорректных заимствований в диссертации может быть выше того, который указан в результатах проверки.

http://lenta.ru/news/2014/01/28/astahov/
_________________
К большому сожалению правительства, реформу ЖКХ тормозит простое соображение: нельзя делать стоимость коммунальных услуг выше стоимости автомата Калашникова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ута
Маркграфиня Site admin

   

Зарегистрирован: 03.03.2010
Сообщения: 14817

СообщениеДобавлено: Вт Янв 28, 2014 1:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Писать по гуманитарным наукам тяжело, особенно если не используются неопубликованные источники Embarassed
_________________
Не спорьте с историей - она всегда права (Больница Преображения. С. Лем)
Грубость ставит вас на одну доску с кем угодно; дистанцию создает только учтивость. (Т. Манн)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Болеслав Мазовецкий
Модератор

   

Зарегистрирован: 03.07.2010
Сообщения: 1353
Откуда: Жечь Посполита Польска

СообщениеДобавлено: Вт Янв 28, 2014 8:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Больше 7 лет прошло. Никто не имеет права с Астахова доктора наук забрать.
_________________
Rzeczpospolita Polska w moim sercu na zawsze!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Болеслав Мазовецкий
Модератор

   

Зарегистрирован: 03.07.2010
Сообщения: 1353
Откуда: Жечь Посполита Польска

СообщениеДобавлено: Вт Янв 28, 2014 8:05 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ута писал(а):
Писать по гуманитарным наукам тяжело, особенно если не используются неопубликованные источники

Диссертация - это ад. Чтобы не было претензий надо очень долго и кропотливо её писать.
_________________
Rzeczpospolita Polska w moim sercu na zawsze!
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Пт Июл 04, 2014 12:19 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Не совсем по диссертационным, но близко к этому.

Круговорот диссертаций в суде

Цитата:
Бывший проректор Полярной академии Сергей Литвиненко выполнил свое обещание. Когда "Фонтанка" начала задавать доктору педагогических наук вопросы о диссертации, он обещал нам, что авторство в суде подтвердят свидетели. И такой свидетель пришёл в суд. Но вместо того, чтобы спасти научную репутацию коллеги, он поставил под вопрос свою: выяснилось, что диссертация ректора Смольного института Александра Сальникова на три четверти совпадает с научным трудом самого Литвиненко.

Напомним, что началось разбирательство с того, что преподаватель исторического факультета СПбГУ Николай Рогулин обнаружил в Интернете текст собственной диссертации, защищённой 12 лет назад, но автором значился его давний знакомый Сергей Литвиненко. До 2001 года выпускник истфака Рогулин работал в Музее Суворова заместителем директора по науке и готовился защитить кандидатскую по истории, основанную на литературе о полководце. Она была практически готова, когда один экземпляр рукописи у него попросил почитать знакомый преподаватель военного училища, который часто приходил в музей. В 2000 году Рогулин защитил диссертацию по истории и ушёл из музея. И вот по прошествии 12 лет он обнаружил, что через год после него Литвиненко защитил диссертацию, почти полностью совпадающую с его трудом. Только уже как докторскую по педагогике. Рогулин обратился в суд с иском к Литвиненко, который уже занимал должность проректора Полярной академии (в июне новый ректор уволил его).

Прежде Сергей Литвиненко уже объяснял "Фонтанке", отчего тексты двух диссертаций совпадают до запятой в ссылке на источники.

– Мы вместе писали, – сообщил он.

В разгар судебного процесса он, судя по всему, вспомнил, что дело было не совсем так и что защищаться "на брудершафт" они с коллегой всё-таки не планировали.

Доктор Литвиненко обвиняет

В самом начале процесса у Литвиненко был шанс избежать скандала, потому что его оппонент крови не жаждет. Рогулин не добивается лишения ответчика учёной степени, он не пытается ободрать его, как липку. Всё, что требовалось от Литвиненко, – это признать, что был грех, попользовался чужим текстом, с кем не бывает.

– Этого было бы достаточно, чтобы мы заключили мировое соглашение, – объясняет юрист Юридической конторы Гессена Георгий Мелков, который представляет в суде интересы Рогулина. – Мы готовы были отказаться от материальных требований или снизить их до символических, потому что они для нашего клиента не важны. Для него важно признание за ним авторства на работу.

Дело ведь не только в двух текстах, один из которых защищён на год раньше. У Рогулина, как уже писала "Фонтанка", есть и вполне осязаемые подтверждения его авторства. В частности, в перечне литературы к диссертации указаны архивные источники, а работа человека в архиве всегда оставляет следы в виде подписей в так называемом "листе использования". Автографы Рогулина с конца 1990-х сохранились, у него есть копии этих листов. Литвиненко следов в архивах не оставил. Кроме того, за 3 года до этой злополучной докторской он защитил кандидатскую по педагогике, в которой в помине не было генералиссимуса. Специалисты подтвердят, что набрать материал для докторской "с нуля" за 3 года невозможно.

Но Литвиненко пошёл другим путём: он принёс в суд встречный иск, из которого следует, что не он позаимствовал текст у Рогулина, а наоборот – профессиональный историк паразитировал на знаниях замполита.

Из искового заявления мы узнаём, что в те времена, когда Рогулин, работая в музее замдиректора по науке, "готовил свою кандидатскую диссертацию по теме "Полковое учреждение А. В. Суворова", он познакомился с преподавателем военного училища Литвиненко. Поскольку офицер, безусловно, гораздо лучше владел материалом, чем научный сотрудник музея, Рогулин "нуждался… для завершения работы" в его советах. Поэтому он "неоднократно обращался к Литвиненко С. В. с вопросами по отдельным аспектам исследования своей научной работы". По каким именно аспектам – в иске не конкретизировано. Однако Литвиненко "неоднократно давал советы Рогулину Н. Г., давал консультации, исходя из наработок своей докторской диссертации" (а он тогда тоже, оказывается, писал диссертацию) и в итоге "передал… часть своих знаний". И поэтому, делает вывод автор заявления, "кандидатская работа Рогулина Н. Г. во многом… основывается на данных докторской работы Литвиненко С. В.".

Рогулин защитился в апреле 2000 года. Литвиненко, как следует из его иска, ещё "продолжал работу над своей докторской диссертацией, так как докторская диссертация требует больше затрат по времени и объёму". А в 2013 году Рогулин подал в суд, "воспользовавшись тем, что защитил на год раньше свою кандидатскую работу".

Напомним, что докторская Литвиненко действительно содержит "продолжение": кандидатскую Рогулина она, как считают специалисты сообщества "Диссернет", копирует всего лишь на три четверти. Оставшаяся часть вмещает тексты ещё шести авторов. Которые, надо так понимать, тоже "нуждались для завершения работы" в советах Литвиненко. Особенно, видимо, автор статьи "Великий русский полководец" в сборнике 1951 года.

Сторона истца сделала из этого заявления не совсем те выводы, на которые рассчитывали представители Литвиненко.

– Правильно ли я понимаю, что факт текстуального тождества двух диссертаций вы признаёте? – поднялся с места представитель Рогулина, ознакомившись с этим заявлением.

Чтобы доказать свою правоту, доктор Литвиненко призвал в суд других докторов, кандидатов – словом, уважаемых людей. Одним из тех, кто согласился свидетельствовать в его пользу, стал ректор Смольнинского института Российской академии образования, член Совета ректоров Санкт-Петербурга Александр Сальников.

Что сказал свидетель

Свидетель Сальников ждал за дверью зала, когда представитель ответчика заявил ходатайство о его вызове.

– Это мой сослуживец по училищу связи, мы вместе служили, он знает Николая Георгиевича Рогулина, – проанонсировал выступление свидетеля Литвиненко. – Он расскажет, насколько я был посвящён в суворовскую тему, что происходило вокруг этого.

Юрист Георгий Мелков, представлявший в суде Рогулина, кандидатурой свидетеля заинтересовался.

– У него учёная степень есть? – почему-то спросил он.

Литвиненко уверенно ответил, что сослуживец – кандидат педагогических наук.

– А кто у него был научным руководителем? – вкрадчиво продолжил Мелков.

– Честно говоря – не помню, – заволновался ответчик.

– Не помните? – искренне удивился юрист. – А точно не вы?

– Нет, не я, – сбивчиво затараторил ответчик. – Сейчас не помню. Не хочу говорить, просто не помню…

Свидетель Сальников в конце 1990-х годов работал в учебном отделе того самого военного училища связи, где Литвиненко преподавал. Вполне складно он рассказал о том, как его сослуживец был когда-то увлечён личностью полководца Суворова, как в училище появился на входе бюст генералиссимуса, как стали появляться картины из музея ("Видимо, какие-то договорённости были", – поспешно добавил он). Присяга и выпуски проходили в форме костюмированных представлений…

– По написанию диссертации, – прервала его воспоминания судья.

Свидетель кивнул и сообщил: в училище "буквально все знали, что Сергей Викторович занимается данной темой" – Суворовым.

– Я не видел, как писалась сама диссертация, но о том, что она пишется, мы знали, – уверенно добавил он. – Я так понимаю, что Сергей Викторович оказывал помощь Рогулину. Это было заметно по тому, что Рогулин даже выступал у нас по какой-то теме, связанной с Суворовым.

Когда он закончил рассказ, представитель Рогулина повторил вопрос, который задавал до начала его рассказа.

– Кто был вашим научным руководителем при защите кандидатской диссертации?

– А это имеет отношение к делу? – почему-то вдруг заволновался свидетель, защитник Литвиненко попытался его поддержать, поднялся шум.

– Косвенное, – кивнула судья.

– Сергей Викторович Литвиненко! – с вызовом ответил Сальников.

Как выяснили специалисты сообщества "Диссернет", Литвиненко для Сальникова был не просто научным руководителем. Он был его "диссертационным донором": в 2002 году будущий ректор Смольного института представил для защиты кандидатскую, которую Литвиненко защитил в 1998-м, считают они. "Изучение текста диссертации А. И. Сальникова показывает, что он полностью тождественен тексту диссертации его научного руководителя С. В. Литвиненко", – делают выводы эксперты "Диссернета". Не знать об этом Литвиненко не мог, потому что научный руководитель "даёт отзыв на диссертацию своего аспиранта, в котором характеризует достоинства и недостатки работы, ее новизну, актуальность". Кроме того, научный руководитель должен отмечать "самостоятельность выполнения работы" соискателем.

Диссеркухня

Ощущение такое, что понимание "самостоятельности выполнения работы" у доктора Литвиненко было своеобразное. В 2000 году, если верить его словам, он "вместе писал" свою докторскую с Николаем Рогулиным. В 2002-м его собственная кандидатская была "самостоятельно выполнена" его аспирантом Сальниковым. А если продолжить изыскания, то обнаружатся и другие подробности его активности.

На сайте Полярной академии до недавнего времени можно было прочитать биографию Сергея Литвиненко. Там было сказано, что он входит в диссертационные советы двух вузов и под его руководством защищено 11 диссертаций. Ещё он часто оппонировал соискателям во время защиты. Когда началось судебное разбирательство и о нём написала "Фонтанка", сообщество "Диссернет" плотно занялось доктором Литвиненко. Пока специалисты успели оценить не всё творчество учеников нашего героя. Но первые же результаты стали, как по цепочке, подтягивать новые и новые открытия.

Например – кандидатская главы МО "Смольнинское" Гранта Аракелова, датированная 2003 годом, практически целиком дословно повторяет работу, защищённую в 2001 году Эдуардом Белецким. "Самостоятельность выполнения" оценивал научный руководитель – Литвиненко. Кстати, через год после этой защиты он стал депутатом МО "Смольнинское" и остаётся им до сих пор.

Официальным оппонентом при защите Гранта Аракелова был Олег Ефремов, ныне – завкафедрой Военной академии связи. Так теперь называется вуз, где когда-то работал бредивший Суворовым будущий доктор Литвиненко. Ефремов тоже выступил в судебном процессе как свидетель со стороны ответчика. Правда, сначала – в несколько своеобразной форме: его слова записал и передал в суд адвокат.

– В суд идти он категорически не хочет, – объяснил защитник. – Боязнь, некая фобия.

Но как-то его всё-таки убедили преодолеть фобию и выступить в зале. Ничего нового Ефремов не сообщил, по смыслу его рассказ повторял историю Сальникова – как диссертация Литвиненко по тексту повторяет работу Рогулина.

Олег Ефремов – доктор педагогических наук. До его диссертационного творчества у "Диссернета", видимо, руки ещё не дошли, но он был научным руководителем при защите главы администрации города Салават Фарита Гильманова. Научный труд кандидата педагогических наук Гильманова состоит из заимствований, как считают в "Диссернет", всего-то наполовину.

Известны работы, авторам которых Литвиненко оппонировал при защите. Так, в тексте кандидатской замначальника Учебно-методического центра Университета МЧС Марины Сперанской заимствований обнаружено больше двух третей.

В судебном заседании объявлен перерыв для проведения экспертизы текста спорной диссертации, поэтому новости из суда мы узнаем, видимо, ближе к осени. Но у доктора Литвиненко, как мы помним, было 11 "подзащитных", их творчество ещё предстоит исследовать. Наверняка нас ждут увлекательные открытия.

Ирина Тумакова, "Фонтанка.ру"

http://www.fontanka.ru/2014/07/03/183/
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Сб Мар 14, 2015 1:45 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

«Диссернет» начал зачистку Петербурга

Цитата:
Пятница, 13-е, оказалась удачным днем для борцов с сомнительными диссертациями. Сегодня они впервые в истории Петербурга добились, чтобы автора такой работы, защищенной в ИНЖЭКОНе, лишили степени. Сама кандидат экономических наук Евгения Зубарева считает, что пала жертвой формальностей. Общественные активисты, тем временем, грозят дальнейшими разоблачениями в экономических вузах, НГУ имени Лесгафта и Университете противопожарной службы.

– У вас нет ощущения, что вы в суде? Я утром хотел нож выложить – тут же рамка на входе. Да и из кабинета лишний раз не выйти – все так строго, – жалуется журналист «Новой газеты» коллеге из «Коммерсанта».

Аудитория-амфитеатр Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов, где рассматривают жалобу сетевого сообщества «Диссернет», действительно выглядит неприветливо. Может быть, потому что почти никто не улыбается. Проректор вуза Александр Карлик входит сюда, слегка поморщившись, как будто ему предстоит съесть лимон.

Сегодня сетевые активисты впервые добились, чтобы петербургский вуз официально рассмотрел их просьбу о лишении кандидатской степени.

– Мы часто критиковали работы, защищенные в бывших ИНЖЭКОНе и ФИНЭКе, писали в Высшую аттестационную комиссию. Но первый раз такая бумага возымела действие. ВАК поручила рассмотреть наши претензии одному из диссертационных советов СПбГУЭФ, – объясняет сооснователь «Диссернета» физик Андрей Заякин.

Это не уголовный процесс

Двухметровый Заякин, похоже, чувствует себя прокурором. За несколько минут до старта делает подсечку – достает из рюкзака заявление об отводе диссертационного совета.

– ИНЖЭКОН в 2012 году вошел в состав СПбГУЭФ. То есть новый вуз является его правопреемником. Значит, он заинтересован в результате сегодняшнего заседания. Лучше будет разобраться в ситуации позже и в другом университете, – излагает свою позицию физик.
– Но есть же презумпция невиновности, – удивлен Александр Карлик.
– Я никого не обвиняю, это не уголовный процесс, – парирует Заякин.

Ученым приходится взять паузу. Проректор выходит с мобильным в коридор.

– Поговорил с ректором. Поговорил с ВАК. Просьба об отводе не принимается. Фух, – резюмирует он.

Результаты по-настоящему ей не принадлежат

Главный вопрос дня: судьба молодого экономиста, сотрудницы одной из петербургских строительных фирм Евгении Зубаревой. В конце 2000-х она приехала в Петербург из Тюмени и защитила работу об «оценке эффективности инвестиционных проектов». «Диссернет» полагает: на 79 страницах девушка позаимствовала куски из сочинения другого тюменского экономиста – Александра Сбитнева. Он дописал кандидатскую шестью годами раньше Зубаревой.

– Результаты, о которых дама заявляет как о своих, по-настоящему ей не принадлежат. Заимствования нередко покрывают больше 90% от общего объема страницы, – обвиняют сетевые активисты.

Директор инновационного центра развития СПбГУЭФ профессор Андрей Алексеев представляет комиссию, которая по просьбе коллег предварительно изучила доводы «Диссернета», внимательно прочитала и сличила две работы. Неоднозначные моменты есть, признает мужчина. И их нельзя объяснить тем, что Зубарева и Сбитнев, возможно, принадлежали к одной научной школе.

– В 90% случаев доводы жалобы подтверждаются. Это и правда фрагменты чужого труда без ссылок. Мы не знаем, почему так произошло. То ли это стало ошибкой, то ли невозможностью разделить научный результат на двоих. Рекомендуем пересмотреть решение о присвоении Зубаревой степени кандидата экономических наук, – заключает Алексеев.

Как Ильф и Петров

Прежде чем вынести решение, ученые позволяют себе подискутировать. И комната еще больше становится похожей на зал судебных прений. Ну, или, по крайней мере, советского товарищеского суда. Вот к трибуне выходит «адвокат» – профессор кафедры экономики предприятия Владимир Рохчин.

– Судя по всему, Зубарева и Сбитнев раньше работали в соавторстве. Но как определить, кто и сколько вложил в статью? Ильф и Петров – кто из них лучше? У кого больший вклад? У меня лично сложилось впечатление, что не так все просто. Я ни разу в глаза не видел эту женщину. Но вы представляете, удар какой! И так просто голову снести… Жалко все-таки – человек. Я бы не спешил убивать, я считаю, что надо продолжить обсуждение, – произносит оправдательную речь ученый.

Профессор той же кафедры Светлана Шевченко сетует, что в России нет точных стандартов, позволяющих определить, что является некорректным заимствованием, а что – нет.

Александр Карлик рассуждает о пользе и вреде от диссертационных разоблачений:

– В последнее время качество работ снизилось, потому что все следят, чтобы, не дай бог, какой-нибудь абзац не взять откуда-то. Такая тотальная борьба в кавычках с плагиатом приведет к обратному результату. Плагиат уйдет – и не останется науки.

Тем не менее 16 рук поднимаются за то, чтобы лишить Зубареву степени. Всего в аудитории сидят 19 членов диссертационного совета – пожилые мужчины в серых пиджаках, строго одетые дамы.

– Основной смысл работы, ее выводы самостоятельны и оригинальны. Но, к сожалению, не учтены формальные требования к оформлению, – подводит итог Андрей Алексеев.

Поставлен крест на пятилетней работе

Евгения Зубарева наблюдает за процессом инкогнито с задней парты.

– Сегодня поставлен крест на пятилетней работе, – еле сдерживает эмоции она, выходя из кабинета (одета девушка неофициально для такого мероприятия – джинсы, черная кофта). – Я даже не решилась выступить в свою защиту. По-настоящему, я не писала вместе с Александром Сбитневым, даже не читала его диссертацию. Просто мой отец, профессор Александр Зубарев, был его научным руководителем в Тюмени. Отец и мою работу направлял. Мы со Сбитневым обращались к общим кафедральным материалам, их создавал целый коллектив людей. Если бы я знала, что так случится, поставила бы ссылки. Даже сами участники диссертационного совета признали, что не соблюден лишь формальный момент.

Научный руководитель кандидата наук Вячеслав Бузырев демонстрирует подкованность в Уголовном кодексе.

– По закону «плагиат» – это использование чужого произведения под своей фамилией или основной идеи этого произведения. Ничего подобного в диссертации Евгении нет, – говорит он.

Разоблачения только начинаются

Впрочем, победа общественников оказывается неполной. Второй диссертационный кейс, вынесенный на суд СПбГУЭФ, активисты проигрывают. Они просят отобрать диплом у еще одного кандидата наук из ИНЖЭКОНа – Сергея Плешкова. Его работа о «повышении экономической устойчивости екатеринбургского строительного предприятия» местами повторяет чужое сочинение об «устойчивости петербургского мебельного предприятия», считают в «Диссернете».

– Изложенные факты подтвердились лишь частично. Они не связаны с научной новизной, – не соглашаются эксперты СПбГУЭФ.

Возмущение Андрея Заякина порождает ответную реакцию. Физика самого обвиняют… в неправильном цитировании.

– В вашей жалобе на диссертацию Плешкова он ни разу не назван «кандидатом экономических наук». Почему-то все время именуется «доктором юридических». Это под копирку идет? – лукаво интересуется Александр Карлик.

В результате степень Сергея Плешкова сохраняют. Хотя и критикуют его работу. Как и потенциальный источник заимствования – оба не закавычили базовые утверждения классиков экономической науки, отмечают экономисты.

– Члены комиссии белое называют черным. Плешков брал целые абзацы из чужого текста вместе с цифрами, просто заменяя «мебельное предприятие» на «строительное», – считает Андрей Заякин. – Но это не повод прекращать борьбу.

Сегодняшнее лишение – первый шаг к очищению Петербурга от «липовых» степеней, обещает физик. Сетевое сообщество готовит протесты еще на несколько работ, защищенных в ИНЖЭКОН, НГУ имени Лесгафта и университете противопожарной службы, информирует он.

Впрочем, для начала нужно, чтобы степень официально отобрали у Евгении Зубаревой. Решение СПбГУЭФ сначала отправят на одобрение в ВАК, потом в его президиум. Бумага вступит в силу только после того, как ее подпишет министр образования и науки Дмитрий Ливанов или его заместитель Людмила Огородова.

Софья Вертипорох,
«Фонтанка.ру»

http://www.fontanka.ru/2015/03/13/115/
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Ср Мар 02, 2016 3:32 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Это не совсем связано с проблемами диссертационного совета, но помещу здесь.

Защита с генералом Власовым

Цитата:
Петербургскому историку Кириллу Александрову грозит уголовная статья. Прокуратура изучает его диссертацию о власовцах на предмет «призывов к развязыванию агрессивной войны».

В Санкт-Петербургском институте истории РАН прошла беспрецедентная защита диссертации. Беспрецедентная даже не потому, что автор писал о власовцах, а его работой заинтересовались движение «Народный собор» и прокуратура. Сотня историков, пожалуй, впервые с перестроечных времён попыталась договориться, куда движется российская наука и способна ли она быть вне идеологии и политики. Согласия не вышло.

Во вторник, 1 марта, на входе в Санкт-Петербургский институт истории РАН лежал листок. В нём было записано под 90 фамилий, и гостей всё прибывало.

– Откуда же нам столько стульев брать? – сокрушалась вахтёрша.

– Ничего, мы постоим, – отвечали историки. Престарелые и моложавые, в галстуках и свитерах, а некоторые – на каблуках и с кокетливо накрашенными губами.

Причина столпотворения – защита докторской диссертации Кирилла Александрова «Генералитет и офицерские кадры вооруженных формирований Комитета освобождения народов России 1943–1946 гг.». КОНР, напомним, – идеологическое и организационное ядро Русской освободительной армии, проще говоря – власовского движения.

– Интерес к этой теме проснулся у меня ещё в средней школе, в середине 80-х годов, – рассказал «Фонтанке» историк. – Когда мне было 14, я прочитал роман Аркадия Васильева «В час дня, ваше превосходительство». Это мистическая книга о Власове и людях из его окружения. Она произвела на меня абсолютно шокирующее впечатление, потому что я об этом ничего не знал. У меня в голове это застряло. Мне захотелось разобраться в этом вопросе.

С тех пор он написал о власовцах несколько книг и кандидатскую диссертацию. С защитой докторской возникли проблемы… Но об этом – позже, для начала – несколько штрихов к портрету героя.

Власовцы

Александров знаком научному сообществу как человек, который имеет свою точку зрения. Она сводится к последовательному антисталинизму. В этом он близок известному московскому историку Андрею Зубову, со скандалом уволенному из МГИМО.

В соавторстве с Зубовым Александров выпустил книгу. Как и Зубов, входил в Народно-трудовой союз – антисоветскую эмигрантскую организацию, выпускающую журналы «Посев» и «Грани». Предшественники НТС во времена Второй мировой, кстати, были близки к Власову.

Историк делал сюжеты для русской службы «Радио Литвы» и вильнюсской газеты «Содействие», защищал сейм Литвы в январе 1991 года и Мариинский дворец в августе 1991-го. Учительствовал в петербургских школах, работал в энциклопедическом отделе Института филологических исследований СПбГУ.

В диссертации Александров впервые пытается разобраться, кто такие среднестатистические офицеры и генералы власовского движения. Как они жили, кем были до войны и зачем примкнули к коллаборационистам. Для этого историк сплошняком анализирует 180 случайно выбранных биографий власовцев. Их он собрал в российских, немецких и американских архивах.

– Так что это были за люди? – заинтересовалась «Фонтанка».

– Около половины составляли люди зрелые, перешагнувшие 40-летний рубеж. Это были люди с опытом памяти, а может быть, и участия в революции и гражданской войне. Среди них были и граждане Советского Союза, и эмигранты. Русские, или великороссы, как тогда говорили, преобладали в офицерском корпусе КОНР. Но были представители и других национальностей. Даже евреи, которых вроде бы не должно было быть совсем в рейхе, и этнические поляки.

– Вы являетесь сторонником Власова? – без обиняков спросил журналист.

Вот ответ:

– Практически все сторонники Власова умерли. Самого Власова повесили 70 лет назад, а его сторонников осталось в мире, наверное, десять человек. Я учёный. Занимаюсь этой проблемой. Разумеется, у меня, как у любого человека, может быть личное отношение к Сталину, Ленину, Гитлеру, Власову – любому персонажу. Но я максимально стараюсь, когда говорю как учёный, дистанцироваться от своих личных пристрастий, симпатий, антипатий.

В автореферате Александров пишет, что коллаборационизм надо изучать, чтобы его предупредить. Благосклонности к Власову «Фонтанка» в тексте не увидела. Хотя антисталинские и антисоветские интонации не скрывались – советской власти вменялось «массовое насилие», «государственное принуждение и террор».

«Народный собор»

Позиция Александрова понравилась не всем. Некоторым показалось, что он недостаточно очерняет, а, может, даже обеляет генерала Власова. В прокуратуру Петроградского района (институт истории находится у метро "Чкаловская") полетело обращение от руководителя движения «Народный собор», помощника депутата Милонова Анатолия Артюха.

По информации «Фонтанки», в бумаге предлагалось присмотреться к диссертации на предмет соответствия статье 354 Уголовного кодекса («публичные призывы к развязыванию агрессивной войны» наказываются штрафом до трехсот тысяч рублей или лишением свободы до трех лет; «те же деяния, совершенные с использованием средств массовой информации» – до пяти лет тюрьмы).

Сам Артюх отрицает, что упоминал конкретные статьи УК.

– Статьи должна определять прокуратура. Эксперты «Народного собора» – юрист, филолог и историк, от них-то я и узнал о диссертации, – сделали три заключения, на их основании написано заявление. Я попросил применить меры прокурорского реагирования. Я не хочу, чтобы человека казнили или посадили в тюрьму. Я хочу просто-напросто, чтобы диссертаций таких не было. Я хочу, чтобы этот человек сменил тему.

Артюх привёл, по его словам, «хороший аргумент»:

– Гитлер замечательно рисовал. Это не значит, что о нём сейчас нужно выпустить диссертацию, какой Гитлер хороший художник – чтобы наши дети знали, что Адольф Иванович рисовал птичек. Он лицо зла, и пускай им остаётся. Не надо красить его радужными красками ЛГБТ-сообщества.

Директора Санкт-Петербургского института истории РАН Николая Смирнова за неделю до защиты вызвали в надзорное ведомство для профилактической беседы, она, впрочем, прошла мирно. По словам Смирнова, на него оказывали «беспрецедентное давление» другие инстанции, поступали пожелания отменить защиту.

– А кто давил?

– Это наши межакадемические отношения, отношения с нашими руководителями, отношения с рядом общественных организаций.

– Звонили откуда-то сверху?

– И сверху, и снизу, и сбоку. Меня просили подумать о судьбе института.

Защита

Защита всё-таки прошла. И вылилась в небывалое шоу для петербургской, а может, и российской научной общественности.

– Это первое подобное заседание на моей памяти, а я работаю в институте почти 40 лет, – признавался Смирнов.

Сотня гостей (обычно на такие события приходит от силы человек 20-30) в диссертационный зал не вместилась. Учёному секретарю Павлу Крылову приходилось постоянно поднимать голос:

– Антон Викторович, попрошу в микрофон. Потому что в коридоре тоже хотят услышать ваше мнение… У кого звонит телефон, пожалуйста, выключайте! Невозможно читать, когда в зале какой-то майдан!

В сторонниках Александрова ходил весь институт, а противниках – несколько петербургских и московских учёных, члены ветеранских организаций. Любопытно, что обе враждующие партии привели с собой священников. Против Александрова выступал протоиерей Александр Ильяшенко, настоятель московского храма Всемилостивого Спаса. Морально поддержать историка приехал настоятель Благовещенского собора Шлиссельбурга протоиерей Евгений Горячев, у которого духовно окормляется диссертант.

«Фонтанка» не будет подробно описывать детали – просто процитирует самые выразительные комментарии.

Алексей Цамутали, научный консультант Александрова: «Власовцы действовали в значительной мере так, что сложно оценить логику их поведения. Они не оценивали ситуацию, вступили в КОНР в конце войны, когда было понятно, что поражение неизбежно. Я бы сравнил изучение этого явления с тем, как медики изучают раковую опухоль».

Никита Ломагин, официальный оппонент Александрова: «Автор проявил уважительное отношение к истории и независимости прошлого».

Алексей Плотников, профессор Высшей школы экономики: «Диссертация являет собой пример грубо сработанной идеологической агитки. Значимость научного исследования Александрова стремится к нулю. Диссертация выглядит слабой, ущербной, попросту несостоятельной».

Санкт-Петербургская общественная организация ветеранов войны, труда, вооружённых сил и правоохранительных органов: «На страницах автореферата не встречаем таких понятий, как «измена», «воинская честь», «патриотизм»… Автор всеми силами стремится обелить Власова, представить его жертвой политического процесса, оправдывает измену воинскому долгу и присяге. Польза от диссертации может быть для тех, кто хотел бы завоевать Россию. В работе, по существу, отрабатываются технологии измены и практика предательства. Ныне примеров тому много. Это Сербия, Ирак, Ливия, Украина, Йемен, Сирия. Во всех этих странах США и НАТО создавали на базе пятой колонны оппозицию по власовскому типу, а затем способствовали свержению неугодных им правительств, расчленению этих стран и установлению в них удобного режима».

Михаил Фролов, профессор ЛГУ имени Пушкина, 91-летний участник войны: «Диссертация служит уничтожению памяти о великой Победе, 70-летие со дня которой недавно всенародно отметила Россия».

Владимир Черняев, ведущий научный сотрудник СПбИИ РАН: «Автор проявил научную смелость, не побоялся взглянуть в глаза сложной исторической проблеме. В диссертации нет никакого прославления нацизма и Гитлера. Диссертант, наоборот, мешает попыткам фальсифицировать историю путём реабилитации Сталина».

Центральный архив Министерства обороны Российской Федерации: «Однобокое, тенденциозное и небрежное в изложении источников исследование».

Владлен Измозик, историк цензуры, профессор СПбГУТ имени Бонч-Бруевича: «Для меня лично Власов и его окружение являются антиподами, они мне неприятны. Но разговор сейчас идёт о будущем историческом науки. Какой ей быть? Надо ли опять загонять историю в жесткие идеологические рамки и бить дубинкой по голове тем, кто выражает малейшие сомнения? История должна оставаться делом самих историков. Трупный яд сталинских идеологических кампаний до сих пор чувствуется, к сожалению».

К концу заседания, которое шло больше восьми часов, обстановка накалилась во всех смыслах. Окна запотели, дамы обмахивались китайскими веерами. Один из ветеранов оглушительно хлопал в ладоши после каждого доклада и не желал прекращать.

Другой пожилой человек с орденами демонстративно покинул зал:

– Где бы вы сейчас были, если бы не победили? Здесь бы сидели?

В 22.30 диссертационный совет Санкт-Петербургского института истории РАН присудил Александрову степень доктора наук: 17-ю голосами – за, одним – против, без воздержавшихся.

Профессор Алексей Плотников прогнозирует, что у Александрова из-за вольного отношения к материалу могут возникнуть проблемы в ВАК. Прокуратура тем временем изучает жалобу «Народного собора» и направила диссертацию в экспертный центр СПбГУ.

Елена Кузнецова,
«Фонтанка.ру»

http://www.fontanka.ru/2016/03/01/173/
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Alexd
Модератор

   

Зарегистрирован: 13.03.2010
Сообщения: 6032
Откуда: Таганрог

СообщениеДобавлено: Ср Мар 02, 2016 6:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

С этим согласен:
Цитата:
Для меня лично Власов и его окружение являются антиподами, они мне неприятны. Но разговор сейчас идёт о будущем историческом науки. Какой ей быть? Надо ли опять загонять историю в жесткие идеологические рамки и бить дубинкой по голове тем, кто выражает малейшие сомнения? История должна оставаться делом самих историков.

Но с другой стороны, нужно и патриотическое воспитание, которое должно опираться на, во многом, мифологическую историю. Народ, у которого нет патриотического воспитания обречен на вымирание(потерю общности).
_________________
К большому сожалению правительства, реформу ЖКХ тормозит простое соображение: нельзя делать стоимость коммунальных услуг выше стоимости автомата Калашникова.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Ср Мар 02, 2016 11:04 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Да и историки в любом случае остаются частью общества.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Чт Мар 03, 2016 9:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Уваров П.Ю. «Важно, чтобы заработали репутационные механизмы, чтобы сформировалась научная среда, непримиримая к плагиату и к халтуре»

Цитата:
(Уваров П.Ю., доктор исторических наук, член-корреспондент РАН, заведующий отделом западноевропейского Средневековья и раннего Нового времени Института всеобщей истории РАН, заведующий кафедрой Социальной истории Факультета истории Высшей школы экономики, профессор РГГУ, председатель Экспертного совета ВАК РФ по истории, приглашённый профессор Ecole des Hautes Etudes en Sciences Sociales, и университетов Paris4-Sorbonne, Paris1-Panteon, Rennes-2).


- Расскажите, пожалуйста, о Вашей научной биографии.

- В последнее время мне не нравится рассказывать о своей научной карьере. Я уже мало что делаю, как практикующий историк и слишком много делюсь опытом и рассказываю всякие «исторические анекдоты». У меня недавно вышла книжка «Между “ежами” и “лисами”. Заметки об историках» и там все рассказано. Никаких особых зигзагов в моей научной судьбе не было. Окончил я не Московский университет, а Московский пединститут имени Ленина, в 30-е годы его называли «Второй МГУ». Я еще застал остатки былой роскоши. Были такие выдающиеся преподаватели как Сергей Львович Утченко, Эдуард Николаевич Бурджалов, Владимир Борисович Кобрин - имена, которые сделали бы честь современному МГУ. Потом работал в школе по распределению три года. Параллельно учился в заочной аспирантуре на кафедре истории Древнего мира и Средних веков МГПИ.. Отработав три года, ушел в Отдел редкой книги Библиотеки иностранной литературы. После школы это показалось мне раем. Потом защитился, вернулся на кафедру в МГПИ и был там ассистентом какое-то время. С 1985 года перешел работать в Институт всеобщей истории, о чем не жалею. Хотя, когда я переходил, я уже был замдекана вечернего отделения истфака. Мне в отделе кадров сказали: «Вы понимаете, что идете на понижение?». С 1985 года сижу здесь на одном месте. Так что биография чужда какой-то романтики.

- Вы много занимались исследованием французских университетов. П.Н. Милюков писал, что университет был одним из главных зародышей европейской демократии. Как Вы считаете, почему современные российские университеты не выполняют в нашем обществе функции продвижения демократической практики?

- Сначала о демократии. Среди специалистов по истории университетов существует здоровая реакция отторжения мифов об университетах. Один из них - миф о том, что автономия это всегда хорошо, а отсутствие автономии это всегда плохо. На самом деле, стакан наполовину пуст и наполовину полон. Университетская автономия может быть благом, но может быть и препятствием развитию науки и образования. Известно много случаев, когда человек захватывает власть в университете, дальше меняет под себя ученый совет и может сидеть до скончания лет. Его пытаются сместить, а нельзя, потому что у нас автономия, и таких примеров довольно много. Кстати, когда во Франции при Саркози была реформа, которая усиливала автономные начала, - больше прав у президента университета, и университет в целом получал больше прерогатив, освобождаясь от опеки министерства, - французские интеллектуалы восстали против этого «расширения демократии». Они говорили: «вы делаете нас заложниками президента университета. Он будет продвигать своих любимчиков. Лучше пусть министерство заботится о соблюдении справедливости».

Если бы университеты были только рассадниками демократии, они бы остались сугубо западным явлением. Права человека, парламентаризм, свобода слова, демократия и так далее, как показывает опыт, вне западного контекста не всегда приживаются, принимают причудливые формы. А вот университет приживается везде. В Иране - пожалуйста. В Африке - да сколько угодно. Китайские университеты вообще прекрасные. Университет -это форма, которая очень хорошо адаптируется к требованиям среды, при этом сохраняя, конечно, тот импульс демократии, который присущ университетам изначально. Даже в СССР, если человек из советской структуры, где все реально решала КПСС, приходил в Академию или университет, то он видел, что здесь все-таки немного по-другому, не так, как он привык. Вроде бы все понятно. Есть партийная дисциплина. Оглашается, например, «мнение», что надо лишить А.Д. Сахарова звания академика. Вроде бы большинство голосующих людей - коммунисты. Они должны были прислушаться к этому «мнению» согласно партийной дисциплине. Но поскольку голосование тайное, то, кажется, Президент, академик Александров, сказал, что будет отрицательное голосование. Тогда отдел науки ЦК отыграл назад. Все-таки академическая среда имеет свои особенности. Поэтому тема университетов всегда интересна, всегда актуальна. Нужно смотреть, как идет адаптация университетской идеи, университетской традиции к окружающей среде. Это одна из больших загадок



- Расскажите, пожалуйста, о вашей работе в ВАК

- В ВАК я попал по стечению обстоятельств. Внезапно освободились вакансии и председателя, и заместителя председателя Экспертного совета. Директор нашего института предложил мою кандидатуру, хотя энтузиазма это у меня не вызвало, потому что структура не совсем понятная. Я, можно сказать, «попался» на том, что несколько раз в своих статьях давал советы, как изменить процедуру защиты и так далее. Получалось, что советы я даю, а когда мне предлагают что-то сделать, то я от этого отказываюсь. Ну, в общем, «взяли на слабо» Скоро будет три года, как я заседаю в ВАК. Сначала мне там очень не нравилось. Сейчас уже привык. Понимаешь, что изнутри системы видишь механизмы ее работы, невидимые со стороны. Избавляешься от мифов и предвзятых мнений. Самое интересное в том, что можешь вживую наблюдать «историографический процесс», изменение исторической моды.

Важный момент - борьба против списанных диссертаций. Большое спасибо «Диссернету». У нас с ними пока что не было проблем. Те апелляции, которые они давали, мы проверяли, и они подтверждались. Хотя, конечно, само по себе отсутствие напрямую списанных больших кусков текста не гарантирует качество диссертации. К сожалению, мы не можем отвергнуть диссертацию на том основании, что она плохая. Мы можем ее не признать, если нарушена процедура. Допустим, диссертант указал, что это ваковский журнал, а он был не ваковским. К этому мы можем придраться. А сказать: «Знаете, ничего нового в диссертации нет», - нам очень сложно, даже если автор прочитал четыре книжки но не списал их, а пересказал своими словами. К сожалению, нет трибуны, с которой можно было бы обращаться к ученым советам, к научной общественности. Есть только ультимативный язык: «Мы диссертацию не рекомендуем к защите, не согласны с решением диссертационного совета». В таком случае, вызывают диссертанта на Президиум ВАК. Это как бы уже крайняя мера. Хотя бывает, что Президиум ВАК, разобравшись, отпускает человека с миром.



Вот типичная ситуация. В последнее время идет много диссертаций по внешней политике России первой половины XIX в. Порой ясно, что автор не знает французского языка. А источники, как вы понимаете, в большинстве своем на французском, поскольку это был язык дипломатического делопроизводства. Как на этом основании мы можем «завернуть» эту диссертацию? Раньше было проще. Раньше экспертный совет имел право вызвать на свое заседание и беседовать с автором работы. В течении получаса можно получить представление, о том, насколько самостоятельна работа. Сейчас решением правительства нас лишили этого права. Перевели стрелки на Президиум ВАК. И это - полная катастрофа. Я сижу на президиуме как представитель нашего экспертного совета. Заседание начинается в 11 часов, а заканчивается, порой, к шести часам, а иногда и позже. Дела рассматриваются и об открытии ученых советов, и о научных журналах, и об утверждении защит. Но львиную долю времени идет поток диссертантов всех социально-гуманитарных дисциплин, которых вызывают для собеседования. Они часами томятся в коридоре в ожидании вызова. Седовласые мужи, пылкие юноши, женщины на последнем месяце беременности. Их всех очень жалко. В основном это экономисты. Их не менее двух третей от всей страдающей толпы диссертантов. За день проходит несколько десятков человек. На каждого можно потратить не более 5 -10 минут. Пригласить в зал, задать вопросы, удалить из зала, принять решение, снова вызвать в зал заседаний и торжественно огласить приговор. Что можно выяснить за это время? Если вернут старую систему, это повысит уровень экспертизы. Это будет не нынешний утомительный и бессмысленный конвейер из 50 человек разных научных специальностей за день, но два-три диссертанта, с которыми будут разговаривать специалисты. Затем они примут решение, с которым далее Президиум либо согласиться, либо нет. Но для этого надо отменить прежнее решение, а этого то ли Министерство, то ли Правительство делать упорно не желает.

Или пресловутый ВАКовский список журналов. Согласно новому распоряжению, он идет не разрешителным, а заявительным путем. Наверное, чтобы избежать коррупции. Но это не значит, что журнал зарегистрировать стало легче, наоборот. Нужно разных собрать 37 документов, иначе заявление будет автоматически отторгнуто компьютерной базой данных. В том числе нужен договор с Книжной палатой о праве обязательного экземпляра, уставные документы, договор с издательством, договор о выдачи ISSN и так далее. И чем издание старше, тем труднее собрать все бумаги. Какие уставные документы могут быть у нашего журнала «Средние века»? Мы с 1942 года издаемся. Зато если документы собраны, то ВАК не имеет права отказать в регистрации. То есть любой журнал, даже явно халтурный, мы обязаны зарегистрировать. Для заседающего в Президиуме ВАК академика Николая Николаевича Казанского, филолога-классика, утверждение журналов просто мука. Издатели очень любят давать латинские названия, допуская, порой, по четыре ошибки в двух словах названия. А отказать мы не можем.

Нам удалось собрать работающий коллектив экспертов ВАК. Вчера, например, было заседание, к которому накопились за праздники 60 дел. Мы сидели очень долго, но процедура не вырождалась в формальное штампование решений. Эксперты, действительно, старались вникнуть в содержание, указать характерные ошибки. Чаще всего при этом диссертацию все равно рекомендовали утвердить, но иногда, впрочем, терпение заканчивалось, работу или отправляли на дополнительную экспертизу, либо рекомендовали вызвать диссертанта на Президиум. Но, главное, совет старается обсуждать некие научные нормы, определяя, что допустимо, а что нет. Это и есть процесс развитие науки, его важная составная часть. Я все мечтаю, чтобы это кто-то записывал. То есть, не окончательное решение, а дискуссию, ведущуюся на Совете, а потом это как-то транслировалось бы научному сообществу (пусть даже без указания имен). Я даже хотел на страничке «Вольного исторического общества» вести такой «дневник председателя». Пока не получается, а жаль. Повторяю, очень нужен канал общения и с учеными и с техническими службами диссертационных советов. Ну, вот, например, откуда- то возникла мода писать фразу о личном вкладе соискателя в подготовку работы, которая «заключалась в личном участии на всех этапах подготовки диссертации». Это - полный бред. Очевидно, что формулировка списана из каких-то общих рекомендаций, относящихся к естественно-научным дисциплинам, когда работать может целая лаборатория или творческий коллектив, а защищается кто-то один. Но для историков она не имеет никакого смысла. Но не «резать» же из-за этого всю работу! Да и выносить замечание совету только на этом основании тоже жалко, поскольку после третьего замечания совет закрывают. Вот и нужен неформальный канал связи, чтобы разъяснять хотя бы такие вещи, не говоря уже о более серьезных случаях.



- Предусмотрена ли в ВАК процедура проверки на плагиат? Или остается надеяться на Диссернет?

- Это обязанность диссертационных советов. Они присылают справку о проверке диссертации через Антиплагиат. В случае необходимости, если, например, поступают апелляции, мы проверяем и сами. Но у нас действует презумпция невиновности, Диссоветам принято доверять. Вообще давно говорят о том, что ВАК нужно отменить, передать все дела в диссертационные советы. В МГУ, в СПбГУ, а затем и в других центрах все сами будут присваивать свои степени по примеру американских и других университетов. В 1990-е это была популярная идея. Потом ее резко оборвали, решив, что это - растаскивание единого научного пространства. Но неизбежны и юридические проблемы. Обязаны ли в Улан-Удэ принимать на работу «доктора МГУ»? Допустим, там его примут, но тогда в свою очередь потребуют, чтобы и местная степень автоматически признавалась бы в Москве, если человек с улан-удинской степенью решит работать в МГУ. Легко предвидеть некоторые трения.

Контроль со стороны ВАК, увы, оправдан. И новые требования, на которые сетуют диссертанты и диссертационные советы, все-таки повышают научный уровень защит. Вот, например, удалось изменить процедуру назначения оппонентов. До недавнего времени это никак не контролировалось. Очень часто Диссертационный совет, а точнее- научный руководитель либо сам диссертант, назначал оппонентов по принципу лояльности. Есть понятие «дежурный оппонент», который безотказно выезжает на защиту и в ответ знает, что ему окажут такие же услуги. Сейчас все же надо показать, что оппонент занимается этой темой, у него за последние пять лет есть такие-то работы по этому сюжету. К сожалению, мы имеем право контролировать этот выбор только постфактум, уже когда диссертация защищена. Была история с диссертацией по экзотической специальности, требующей знание некоего древнего языка. Выяснилось что оппоненты - очень хорошие историки, но ни один этого языка не знает, хотя в стране такие специалисты есть. Диссертацию пришлось посылать на дополнительную экспертизу, было затрачено очень много сил, времени и нервов. А ведь-диссертация совсем не плохая, и если бы с нами заранее посоветовались, можно было бы избежать многих проблем



- Как часто плагиат встречается в диссертациях по истории?

- Было много, пока Диссернет не заработал. Были «фабрики» по производству диссертаций. Они и сейчас есть, просто стали тоньше работать. Раньше они просто брали из разных работ большие куски и компоновали их. Кстати, понятие плагиата тоже является историческим. Попробуйте примените «Антиплагиат» к любому сочинению средневекового автора или титана Возрождения. Макиавелли может быть и прошел бы, да и то с большим трудом, а вот остальные со своим центонно-парафразным методом были бы объявлены плагиаторами. Сегодня плагиату, несомненно, способствует компьютерная техника. Раньше надо было мучиться переписывать, перепечатывать, а сейчас - одним щелчком мышки решена проблема. Но «Антиплагиат» ловит тексты на русском языке, причем речь идет преимущественно о диссертациях, а не о монографиях или статьях. Хотя сейчас технические возможности этой системы растут. Но если же диссертант берет английский текст, переводит его на русский и выдает за свой, то «Антиплагиат» здесь бессилен. Только коллеги могут выявить эту практику.

Самая большая наглость - это фиктивная публикация. Это – вполне продуманная стратегия, ведь если опубликуешь статью с «заимствованиями», ее могут прочитать и схватиться за голову. А если она существует только в ссылках, то, собственно, ее никто и не проверит. Таких ссылок было много по теме «Молодежная политика в 90-е годы в таком- то районе». Вряд ли будет толпа желающих читать такую статью. На это и был расчет.

- Много было ссылок на несуществующие статьи?

- Да. Собственно говоря, скандал именно из-за них начался. Конечно, у скандала был выраженный политический оттенок – проверяли, в первую очередь чиновников и политиков, но заодно стали проверять не только именитых людей, но всех диссертантов, защитившихся в данном, «засветившемся», совете. Оказалось, что это – распространенная практика. Мы до сих пор на этом основании лишаем степени за работы 2009-2011 годов. Чаще всего – поступают апелляции. Мы достаточно тщательно проверяем. Это тяжелый и малоприятный труд. До недавнего времени у нас вообще не было доступа к базе данных диссертаций. Сейчас появился.

Вообще работа эксперта хорошая, но неоплачиваемая. Два раза в месяц сидеть на заседаниях, это уже немало. А уж дополнительно тратить время на «домашнюю работу» в базах данных – совсем обидно. Кстати, не оплачиваются и командировочные расходы. Если университет отправляет в ВАК эксперта, допустим, из Забайкалья, он должен оплачивать ему проезд и проживание. Что, в общем, выглядит довольно странно. Ни в одном научном фонде такого нет.



- После того как Диссернет развил бурную деятельность число чиновников, защищающих диссертации, уменьшилось?

- Очень сильно. Это видно по тематике. Раньше шел вал диссертаций о молодежной политике, о развитии демократии в такой-то области в такие-то годы. Сейчас эта мода прошла. Оставшиеся диссертации на эту тему проверяются теперь с особой тщательностью. Сейчас зато идет очень много диссертаций по истории образования. Это уже начинает тревожить. Диссертации локальные, написанные на архивах одной области. Нигде ведь не написано, что тема должна охватывать всю страну. В любом случае, все-таки у нас нет такого количества случаев плагиата как у экономистов и юристов.



- Когда появился этот массовый плагиат, с 1990-х или уже в 2000-х в связи с массовым применением компьютеров и интернета?

- Плагиат был и в советское время. Технически он был другой. Нельзя было скопировать. Можно было перепечатать, а при перепечатке обычно возникали какие-то авторские вставки. Тогда не было средств контроля. Только сам потерпевший мог узнать свой текст в чужом сочинении. Плагиат существовал всегда, но масштабы его увеличились за счет компьютеров. Но проблема не только в технике копирования. Научная степень до сих пор является престижной, и многие хотят украсить свою визитную карточку надписью «доктор наук». Спрос рождает предложение. Существует огромное количество обездоленных интеллектуалов, которым нужно зарабатывать на жизнь. В результате возникают «преступные схемы», чувствующие себя вполне уверенно. Мне до сих пор приходят на электронную почту заманчивые предложения, да и вы видите в интернете рекламу «диссертации под ключ», а иногда просто в метро висят объявления: «Помощь при написании диссертаций: консультационные услуги, успех гарантирован, оплата после защиты». Никто в прокуратуру с этими объявлениями не идет. Теперь ситуация поменялась. Иногда диссертант вдруг сам просит снять с защиты его работу. Бывает, что вообще человек несколько лет назад защитился, а теперь просит лишить его степени. Лучше отказаться от степени, чем стать героем скандала.



- А если плагиат обнаружен не в диссертации, а в статье или монографии. Есть какие- то способы воздействия?

- У нас нет. Совет в ВАКе решает вопросы квалификационного характера. Хотя иногда очень хочется расширить сферу нашей деятельности. Порой прочитаешь отзыв на диссертацию и понимаешь, что оппонент элементарно неграмотен, не понимает, что такое историческое исследование. Но мы не можем лишать оппонентов степени за то, что они написали в своем отзыве. Важно, чтобы заработали репутационные механизмы, чтобы сформировалась научная среда, непримиримая к плагиату и к халтуре. Острая полемика по этим вопросам идет в социальных сетях. Для своей дисциплины – медиевистики, я все пытаюсь авторов ярких «сетевых» высказываний по нашей тематике пригласить к написанию рецензий для нашего журнала «Средние века». Иногда получается. Для издателя нет большего деликатеса, чем отрицательная рецензия. Клад археолога - это помойка, клад издателя - ругательная статья. Разумеется, не скандала ради. В итоге проявляется положительный смысл подобных дискуссий. Особенно, если критикуемый отвечает, ведется полемика. В вашем журнале «Историческая Экспертиза» я с большим удовольствием читаю ругательные рецензии. Это важно. Правда, я не читал ответов пока что. Может те, кого ругают, не читают «Историческую Экспертизу»?

. - У нас на сайте опубликована статья о школьных учебниках, и авторы одного учебника написали ответ.

- Ну, тогда будет нормальная дискуссия, если это читают и не отмахиваются. Есть единый контекст. Проблема здесь не столько во власти, не в ВАКе и даже не в жуликах. Проблема в том, что разрушено единое научное пространство, единый контекст. Где-то считается, что надо знать французский язык, чтобы заниматься внешней политикой России. А где-то не считается. И в тех советах где это не считается, это проходит, и никак им не объяснишь, что это недопустимо. Меня впечатлил вопрос на защите диссертации опять же о политике России XIX века: «А как Кремль относился к тому-то и тому-то?». Политика Кремля в XIX веке - это сильно.



- Получается, что на плагиаторов статей и монографий мы можем воздействовать, только создавая моральный климат. Нет никаких юридических процедур?

- Есть суд. Сотрудник нашего института Елена Александровна Мельникова - известный специалист по эпохе викингов и Древней Руси, выиграла несколько процессов. Она находила издания, где без разрешения публиковались ее тексты, возбуждала дело и несколько процессов выиграла



- Каково были решения суда?

- Суд принимал какие-то там меры в отношении издателя. Кроме того, признается, что автор публикации не является ее автором, - это скандал. Ты уже не можешь дальше указывать ее в списке своих публикаций. Это, в общем-то, малоприятная вещь. Кроме того, штраф. Деньги может быть небольшие, но все же…



- Что, по Вашему мнению, следовало бы заимствовать из международного опыта защиты диссертаций.

- Неплохо бы перенять немецкий опыт. В Германии нельзя защищаться по месту работы и затруднительно - по месту учебы. Таким образом повышается независимость экспертизы. Нам вообще не хватает университетской мобильности. Где родился, там и пригодился. Во многих российских университетах работают только выпускники этих университетов. Это по многим соображениям мешает развитию науки.

Стоит ввести систему жюри. Сейчас в составе Диссертационных советов от 20 до 30 человек. Если в теме защищаемой диссертации разбираются три человека, то это уже хорошо. Остальные либо слушают в пол-уха, либо занимаются своими делами. Ответственность распылена между, как минимум, двумя десятками человек, чаще всего полагающихся на мнение оппонентов, которые решения не принимают, полагаясь, в свою очередь, на мнение членов Диссертационного совета. На Западе жюри состоит из 5 человек, действительно являющихся специалистами по данной теме, и они полностью берут на себя ответственность за качество обсуждаемой работы. Это более логично.

Конечно, в нынешней форме защит на большом совете есть свои плюсы- ученые расширяют свой кругозор, а диссертант в принципе должен излагать свои тезисы так, чтобы его поняли не только узкие специалисты. Но ведь Диссертационные советы не обязательно распускать, они могут утверждать или не утверждать решение жюри. Таким образом, это будет комбинированная система.

. Я мечтаю о международных защитах, и сам несколько раз участвовал в защитах во Франции. Да, проблем у нас будет много, в первую очередь, – языковая. Надо оплачивать немалые командировочные расходы, встает проблема взаимного признания дипломов, хотя бы на уровне защит. То есть признать, что обладатель ученой степени Принстонского университета не менее компетентен российского доктора, и потому может быть оппонентом на защите.

Ну, и вообще, надо понять, что экспертиза стоит денег, и экономия здесь выходит боком. Все попытки найти один критерий, вроде индекса Хирша, приводят к имитации научной деятельности. У нас же гениальный народ. Он сразу придумает массу способов, как это все обходить, как обеспечить за очень небольшие деньги выпуск публикаций в высокорейтинговых журналах из Бангладеш. Это время тратится в ущерб занятиям наукой. Пример действительно продуманной системы экспертизы показала Высшая школа экономики. Они потратились на экспертизу для своих внутренних целей, чтобы выяснить, кому платить надбавки за публикации. Для этого они составили рейтинг журналов. Делали они это для своих целей, поэтому региональные издания там слабо представлены. Но сама идея представляется перспективной. У них есть черный список, куда попадают журналы, где берут деньги за публикацию, где нет двойного рецензирования. Не учитываются публикации в журналах, где ты главный редактор, для меня это плохо, но вообще-то справедливо. У них были ведущие эксперты, которые сами не высказывались, но назвали каждый по 15 других экспертов. И вот на основе их оценок был составлен рейтинг. Я рад, что туда попали наши «Средние века», несмотря на то, что у нас индекс цитирования невысокий. И это понятно, мы узко специализированный журнал, на нас не так много народу будет ссылаться. Но эксперты учитывали качество публикуемых у нас статей.



- В каких еще странах существует система, подобная ВАК?

- В Таджикистане принята наша система. Мы рассматриваем и утверждаем таджикские диссертации. Это отдельная песня. Похожая с нашей система существует во Франции. Степени там присваивают университеты, но министерство контролирует этот процесс и были случаи отмены защиты. Кроме того, во Франции есть параллельная государственная система конкурсной аттестации на занятие преподавательской должности - аggregation. Вообще же, если сегодня отменить ВАК, то количество обладателей ученой степени будет стремительно приближаться к численности населению страны, и с этим ничего нельзя будет сделать.



Давайте поговорим об Отделе Средних веков Института Всеобщей истории РАН. Какие проблемы стоят перед Вами в качестве руководителя этого отдела?

- Вы хотите публиковать мое интервью во многих томах вашего журнала? Я ведь могу рассказывать об этом очень долго. Для определения тематики и даже штата нашего отдела, как ни странно, очень важна проблема периодизации. Периодизация существует везде, в каждой стране, для каждой национальной истории. Несколько лет назад у меня зашел разговор со специалистами по русской истории. Я спросил у них, были ли средние века в русской истории. Все присутствующие ответили положительно, хотя так считают не все специалисты. А вот когда я спросил: «С какого века по какой?» - они не задумываясь все трое ответили одновременно, но каждый ответил по-разному. И тут они удивленно посмотрели не только на меня, но и друг на друга. То есть у нас нет периодизации отечественной истории, что уж говорить о не отечественной. В советское время Средние века были тождественны понятию феодальной формации. С конца 1930-х годов верхняя граница установилась вначале по дате Великой французской революции, а потом ее сдвинули до так называемой Английской революции середины XVII века, хотя сами англичане не считают, что у них была революция. В послесоветское время сами же медиевисты сказали: «А вот давайте, как на Западе и как это было в дореволюционной России, вернем границу Средних веков к началу XVI века». На словах это было легко сделать, но когда это обернулось дележкой часов в вузах, то выяснилось, что кафедры Новой истории и Средних веков ведут борьбу за границу между периодами. Но дело не только в меркантильных интересах. Человек, который занимается, скажем, Данте, он разберется в XVII веке. Человеку, который занимается Гельмутом Колем, не легко будет понять специфику XVI века. Можно выделить в отдельный период «раннее Новое время». Но тогда надо создавать новые кафедры, менять программы. Наши медиевисты так и не определились, до какого века наша компетенция простирается. Были конечно в советское время казусы. Западные ученые смеялись, когда выяснялось, что наш специалист по Тридцатилетней войне работает на кафедре Средних веков. В то же время это давало нашим специалистам возможность видеть какие-то процессы в развитии и преемственности, чего на Западе не могли.

Эти же проблемы всплыли при подготовке нового издания «Всемирной истории». При всех недостатках это довольно полезная работа. Она дала возможность как-то по-новому взглянуть на исторический процесс и найти какую-то свою национальную точку зрения. Ведь хотя наука интернациональна, национальную историографию никто не отменял. Это не значит, что надо доказывать, что Россия – родина слонов. Это и без ученых делается с большим успехом, и ученые здесь только мешают. Но нам надо найти свой взгляд. К сожалению, наш специфический взгляд мало кому в мире заметен. И прав Ливанов, когда говорит об очень низкой цитируемости наших ученых на Западе. Мы очень мало делаем для того, чтобы вписаться в мировое сообщество. Сказывается наследие великой державы, обладавшей, по ее мнению, самым передовым учением. Венгры и поляки давно издают свои исследования по всемирной истории на английском и других международных языках. Нам надо делать то же самое. Мы утратили передовые позиции даже в византинистике. До 1970-х годов для византинистов всего мира было нормой знать русский язык. Сейчас они его не знают и наших историков почти не читают. Это не заговор против русской науки. Мы практически ничего не делаем для продвижения наших работ за рубежом. В советское время было издательство «Прогресс», занимавшееся, в частности, и публикацией переводов наших ученых на другие языки. К тому же наших историков переводили в ГДР, на понятном для многих европейском языке. Теперь получается: ты заинтересован, ты и переводи. Я свою статью могу, поднатужившись, перевести, но, чтобы свою монографию перевести на французский язык мне потребуется год. На это у меня нет времени. Для этого должны создаваться государственные и частные фонды, как делается во многих странах. Нам нужна «мягкая сила», когда свою культуру транслируешь в другие страны. Никаких грантов на эту деятельность не выделяется.

В нынешней политике грантов вообще есть много причуд. По междисциплинарности, гендеру, «культурным мостам» и другим модным темам легче получить грант на проведение конференции, чем, скажем, на конференцию «Экономическое состояние российского общества конца XIX начала XX века». Я уже не говорю о конференции под названием: «Что такое феодализм?». Хотя это востребованная тема. Как только она появляется на конференции, сразу наблюдается аншлаг. Нужно все-таки понять: существовал феодализм или не нет? Это нужно и для русской истории. Вообще работа специалистов по истории средневекового Запада нужна для понимания российской истории.

Я уже несколько раз об этом говорил и писал, но все же не удержусь от рассказа о недавнем курьезе. В 2013, когда вся страна с невиданным размахом отмечала 400-летие дома Романовых, мы решили провести конференцию по истории наших представительных органов - земских соборов, но показать это явление в европейском контексте. Меня попросили разослать приглашения европейским коллегам. Но начав писать письма, я сообразил, что почему-то не могу перевести ни на один европейский язык термин «сословно-представительная монархия». Я обратился к Википедии. В ней, скажем, термин «абсолютизм» переведен на 60 языков. Конечно, статьи на этих языках различаются друг от друга, но они есть. Если же вы наберете «сословно-представительная монархия», то Википедия покажет, что статьи есть только на двух языках - русском и украинском. И все. Михаил Анатольевич Бойцов - очень интересный медиевист с ехидным складом ума написал по этому поводу статью, в которой нашел автора этого термина. Его придумал Николай Иванович Кареев на рубеже XIX и XX вв. Тогда тема представительства в сословной Российской империи была актуальна. Вот он и ввел его, как пример из отечественной истории, имевший западные параллели. Советская власть этот термин подхватила. Сегодня все специалисты по российской истории считают, что это западный термин и западный институт, который либо транслировали нам с Запада, либо является неким самобытным национальным явлением, которое мы сличаем с западными лекалами. Но на Западе нет термина «сословно-представительная монархия». Там есть понятие «представительство», поскольку депутаты чаще представляли не свои сословия, а всю страну. Когда мы пытались переводить темы докладов, возникали забавные ситуации с иностранными коллегами. Спрашивали: «Что такое сословная монархия?». «Ну, корпоративная», - пытались объяснить мы. «Корпоративное государство? Это же при Муссолини! У нас этого никогда не было». Этот пример показывает, что мы нуждаемся в постоянном осмыслении терминологии, приведении ее в соответствие с мировой историографией.

http://istorex.ru/page/uvarov_pyu_vazhno_chtobi_zarabotali_reputatsionnie_mekhanizmi_chtobi_sformirovalas_nauchnaya_sreda_neprimirimaya_k_plagiatu_i_k_khalture
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Nslavnitski
модератор, комендант

   

Зарегистрирован: 05.10.2010
Сообщения: 15609
Откуда: Санкт-Петербург

СообщениеДобавлено: Чт Апр 14, 2016 11:18 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Вузы ответили «Диссернету»

Цитата:
Петербургские вузы, попавшие в крупнейшую энциклопедию сомнительных диссертаций, согласились на предложение «Фонтанки» стать площадкой для ответа «Диссернету».

Спустя месяц после публикации «Диссеропедии» – крупнейшего рейтинга сомнительных диссертаций – попавшие в него петербургские вузы выступили с комментариями. «Ложечки нашлись – осадок остался», – ответили в самом большом экономическом университете города – СПбГЭУ, одном из лидеров экономического образования России. В Государственном университете противопожарной службы посочувствовали борьбе за чистоту науки, но заметили, что и активисты недостаточно подкованы противопожарных вопросах.

Санкт-Петербургский государственный экономический университет по просьбе «Фонтанки» ответил на публикацию сообщества «Диссернет», по мнению которого, вуз занял второе место в России по числу связанных с его сотрудниками сомнительных диссертаций.

«Очень легко бороться с какими-либо явлениями, не создавая ничего позитивного. Даже если выясняется несправедливость утверждений «Диссернета», то возникает положение, которое можно охарактеризовать окончанием старого анекдота: «ложечки нашлись, но осадок остался», – заявил «Фонтанке» проректор СПбГЭУ по научной работе профессор Александр Карлик. «У каждого может быть своё мнение, – добавил он. – Чтобы узнать, правдиво оно или нет, нужно внимательно изучить соответствующие диссертационные работы, посмотреть научные работы соискателей, отзывы оппонентов, выяснить, нет ли у соискателя общих работ с автором потенциальных источников заимствования, и вообще изучить весь материал, связанный с защитой».

По словам Александра Карлика, вуз «обязательно» будет это делать, однако конкретные сроки проректор не назвал: «Это работа систематическая, на неё нужно очень много времени». Как утверждает профессор, он проанализирует и те две работы, которые защищены под его научным руководством и, по мнению «Диссернета», содержат некорректно процитированные куски: «Хотел бы отметить, что, к сожалению, в те времена системы «Антиплагиат» не существовало, и не всегда можно было бы квалифицированно определить некорректные заимствования. Это, конечно, не оправдание, но учитывать это все-таки надо».

При этом наш собеседник отказывается называть публикации «Диссернета» «претензиями»: «Претензиями что-то можно называть только в том случае, когда это что-то дают квалифицированные люди, то есть представляют, по сути дела, о чём говорят. Могу привести пример: реакцией одного из основателей «Диссернета», господина Заякина, на закрытие Европейского университета, по версии радио «Эхо Москвы», была фраза, что «среди 5300 фальшивых диссертаций, известных сообществу, нет ни одной из Европейского университета Санкт-Петербурга». И это правда. Правда и то, что в Европейском университете никогда не было диссертационных советов».

«Я также считаю, что если «Диссернет» действительно борется за чистоту науки, – а я допускаю, что кто-то из «диссернетчиков» действительно в это верит, – то, наверное, и методы борьбы должны быть чистыми», – заключил он.

«Диссеропедия» и петербургские кейсы

Сетевое сообщество «Диссернет», напомним, занимается борьбой с научным плагиатом. В марте оно опубликовало проект «Диссеропедия российских вузов» (http://rosvuz.dissernet.org/). На специально созданном сайте содержится большая интерактивная подборка о диссертациях с возможными некорректными заимствованиями. Учебные заведения ранжируются в зависимости от числа связанных с их сотрудниками сомнительных работ – персонал мог выступать в качестве диссертантов, научных руководителей или оппонентов. Причём диссертационные советы, где проводилась защита, не обязательно располагались в тех же вузах.

Лидером рейтинга стал Финансовый университет при правительстве России – с его работниками соотнесено 154 сомнительные защиты. Петербургский СПбГЭУ находится на втором месте с цифрой в 141. Это учебное заведение получилось в результате слияния трёх вузов – ФИНЭК, ИНЖЭКОН и СПбГУСЭ, может сравниться по размерам с Гарвардом и претендует на звание одного из крупнейших университетов России и лидера экономического образования. При этом если поделить численность профессорско-преподавательского состава СПбГЭУ на количество сомнительных кейсов, то получится, что один такой кейс приходится примерно на каждого десятого профессора, доцента, преподавателя или ассистента. На подготовку комментариев для «Фонтанки» у пресс-службы университета ушёл почти месяц.

Всего в подборку «Диссернета», по состоянию на 13 апреля, попало 30 петербургских вузов и 28 диссертационных советов. В «Диссеропедии» также содержатся 5 научных журналов из культурной столицы, например издание «Проблемы современной экономики», печатающееся «при кураторской поддержке» союзного государства Россия – Беларусь и Евразийского экономического союза.

«После СПбГЭУ лидерами рейтинга в нашем городе являются Санкт-Петербургский университет государственной противопожарной службы МЧС России с показателем в 70 сомнительных кейсов и РГПУ имени Герцена, с чьими сотрудниками связано 50 неоднозначных защит, – прокомментировала «Фонтанке» один из создателей «Диссеропедии» кандидат физико-математических наук Лариса Мелихова. – В университете МЧС, в частности, работал нынешний глава петербургского института ядерной физики Денис Минкин. Наше внимание привлекла его диссертация об «управлении социально-психологической адаптацией в коллективах» на соискание степени доктора технических наук. Она содержала заимствования из работы Сергея Алексеика, которая, в свою очередь, тоже содержала заимствования… Многие сотрудники РГПУ участвовали в защите сомнительных сочинений, связанных с педагогикой. Вообще огромное количество списанных диссертаций по педагогике – это одно из наших открытий последнего времени. Ведь раньше казалось, что по числу исследований с некорректными заимствованиями лидирует такая область знания, как экономика. Но оказалось, что педагоги могут дать ей фору».

При этом авторы проекта настаивают на чистоте своих методов. «Спешу заверить Александра Евсеевича, что мы никогда не требуем от ВАК отозвать степень, если у диссертанта есть совместные работы с соавторами-источниками, перекрывающие объем заимствования. Мы всегда проверяем это при подготовке экспертизы», – отметил в комментарии «Фонтанке» сооснователь «Диссернета» физик Андрей Заякин. Он добавляет, что исследования соавторов «можно использовать корректно, а можно – некорректно»: ссылки на них, согласно «Положению о присуждении учёных степеней», делать всё-таки надо.

– Что же касается моей фразы об Европейском университете, то её нужно читать именно так, как она была сказана. Я не утверждал, что там есть диссертационные советы. Зато там не нашлось и ни одного сотрудника, связанного с защитами сомнительных диссертаций, – отметил сооснователь «Диссернета».

РГПУ ответ на публикацию «Диссернета» пока подготовить не смог – ректор вуза Валерий Соломин напомнил, что его полномочия как ректора заканчиваются уже завтра, 14 апреля, поэтому право комментировать логично делегировать новому руководству вуза. Точку зрения университета противопожарной службы озвучил его пресс-секретарь Сергей Алексеев. В целом от диссернетовцев есть «большая польза», уверен он: «Это организация общественная, влиять на неё мы не вправе. Я ни в коей мере не подвергаю сомнению профессионализм людей, которые в «Диссернете» работают». И тем не менее все сочинения «поставленные под сомнение активистами, защищены больше, чем пять лет назад. Ни один из их авторов не был лишён степени Высшей аттестационной комиссией».

Сейчас защиты проходят в университете ГПС «под камеру, в соответствии со всеми требованиями» и не получают никаких замечаний от ВАК и Минобрнауки, проинформировал Сергей Алексеев. Он, как и проректор СПбГЭУ, полагает, что методы сетевого сообщества неоднозначны: «Нам звонил один из представителей этой организации, он по своему образованию – физик. Как он может оценивать работы, связанным с нашей технологией или, например, педагогической деятельностью? «Диссернет» используют программу «Антиплагиат», которая выполняет чисто техническую роль. Но нигде в требованиях к кандидатским диссертациям не указано, что они должны быть инновационной вещью, как докторские. Да, некоторые диссертации во многом близки, но это нормально для узкопрофильных вузов. Темы работ (где обнаружены совпадения. – Прим. ред.) очень схожи».

Елена Кузнецова,
«Фонтанка.ру»

http://www.fontanka.ru/2016/04/13/153/
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Ута
Маркграфиня Site admin

   

Зарегистрирован: 03.03.2010
Сообщения: 14817

СообщениеДобавлено: Ср Сен 14, 2016 12:11 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Васильева уволила автора законопроекта о лишении учёных степеней через суд
Министр образования и науки Ольга Васильева сообщила, что сотрудник министерства, предложивший законопроект о лишении учёных степеней через суд, был уволен с занимаемой должности после ведомственной проверки.

Согласно законопроекту, авторов научных работ предлагалось лишать учёных степеней за некорректные заимствования в диссертациях только после решения суда.

Инициативная группа «Диссернет», занимающаяся борьбой с плагиатом, заявила, что такая инициатива усложнит борьбу с заимствованиями и присвоением учёных степеней.

«Получилась интересная история. Я провела внутреннюю проверку, что произошло реально. Выяснилось, что один из сотрудников министерства, не посоветовавшись ни с директором департамента аттестации научных и научно-педагогических работников, ни с его заместителем сделал такие изменения, чем внёс большую сумятицу в работу. Я объясняю это тем, что человек мало у нас работал и каких-то вещей не понимал. Что называется, человеческий фактор. Он уволен, потому что люди так не работают», — приводит комментарий Васильевой РИА Новости.

https://russian.rt.com/article/320811-vasileva-uvolila-avtora-zakonoproekta-o-lishenii-uchyonyh
_________________
Не спорьте с историей - она всегда права (Больница Преображения. С. Лем)
Грубость ставит вас на одну доску с кем угодно; дистанцию создает только учтивость. (Т. Манн)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов АВРОРА -> Образование и педагогика Часовой пояс: GMT + 4
На страницу Пред.  1, 2, 3
Страница 3 из 3

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Submitter.ru - Регистрация в поисковых системах! МЕТА - Украина. Рейтинг сайтов Goon Каталог сайтов MetaBot.ru - Мощнейшая российская мета-поисковая система! Refo.ru - русские сайты


Powered by phpBB © 2001, 2002 phpBB Group
subRed style by ktauber
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS